Классический продовольственный и вещевой рынок — это дедушка современного торгового центра. Сейчас уже сложно себе представить, но в 1990–е годы именно в палатках и ларьках концентрировалась вся розничная торговля. Нынешние лидеры — "Магнит" и "Пятёрочка" — появились в столицах в самом конце 1990–х, и тогда такой формат воспринимался лишь как венчурная инвестиция. Никто не мог подумать, что счёт оборотам пойдёт на миллиарды долларов.
Но именно так случилось. Следом быстро пришли международные "законодатели мод": IKEA, Metro Cash & Carry, Auchan — и старые форматы проиграли… По данным INFOLine, за последние 10 лет количество рынков в России сократилось более чем в 4 раза. Cейчас в Петербурге на них приходится менее 2% оборота — это один из самых низких показателей во всей стране (даже в Москве доля розницы у рынков сохраняется на уровне 4–5%).
"Конечно, есть субъекты, где рынки ещё занимают 10–15%, иногда даже 20%, но в основном это южные регионы: Краснодарский край, Ставрополье, Северный Кавказ, — рассказывает генеральный директор INFOLine Иван Федяков. — В тех регионах, где развито сельское хозяйство, где есть сильные заводы — производители продуктов питания, там есть климатические условия как для сельского хозяйства, так и для уличной торговли. Но в Петербурге благоприятное время исчисляется месяцами или неделями. Жители города, по сути, проголосовали: они не хотят видеть рынки в качестве формата".
Путь ресторанный
На Западе эта трансформация уже произошла, поэтому нашему бизнесу досталась более удобная роль догоняющих. Например, центральный рынок Мадрида Mercado de San Miguel реконструировали ещё в 2009 году. В нулевые он сильно просел из–за конкуренции со стороны супермаркетов, поэтому решено было разнообразить функцию за счёт ресторанов и баров. Однако одним из самых ярких кейсов эксперты называют даже не этот, а реконструкцию Time Out Market Lisboa в Португалии. После реформирования в 2014 году он объединил под своей крышей в пространстве фуд–холла 36 ресторанов с сохранением функции рынка.
"В целом исторические здания рынков могут и сохранять свои рыночные функции как основу, но в современных реалиях это даёт меньший экономический эффект по сравнению с более современными концепциями в хороших, зачастую туристических, локациях, — подчёркивает Игорь Кокорев, руководитель отдела стратегического консалтинга Knight Frank St Petersburg. — При этом и фуд–холл как концепция может размещаться в разных объектах: торговых центрах, реконструируемых промышленных или транспортных объектах, соседство с рынком не является обязательным. Но в целом именно для зданий рынков фуд–холлы — хорошее решение, поскольку это часто даёт возможность сохранения базовой функции, но при этом увеличивает популярность места, его посещаемость и общие доходы".
![](https://dpru.obs.ru-moscow-1.hc.sbercloud.ru/images/article/2021/06/11/B17F237C-F571-4E43-9E06-40239C28694F.jpg)
По словам Кокорева, сейчас по этому пути идёт основная масса объектов как в мире, так и в России: Даниловский и Усачёвский рынки в Москве, Василеостровский рынок в Петербурге.
Впрочем, инвесторы последнего придерживаются другого мнения на этот счёт. "Нас многие ошибочно называют фуд–холлом, но это в корне неверно, — рассказывал в интервью журналистам инициатор проекта реконструкции Александр Шавлиашвили. — Мы рынок современного мирового формата. И рестораны, как обязательная часть сегодняшней городской жизни, — это ещё не весь проект. Главное — продажа продуктов. Когда я начинал строить Василеостровский рынок, я специально никуда не стал ездить — ни в “Депо”, ни на Даниловский рынок, потому что знакомство с другими проектами сильно сбивает. В Москве, например, смогли создать классные фуд–корты, но никто не сделал настоящий рынок".
Ставка на фермерство
В прошлом году по схожей модели началась реконструкция Торжковского рынка, пусть даже это гораздо дальше от туристических маршрутов (Приморский район). По задумке авторов, на территории должны появиться фуд–холл, ресторан, а также интерактивный музей.
Но есть и другой путь модернизации в некотором удалении от центра: это рынок "Южный" в Московском районе. Там топ–менеджеры от фуд–кортов, наоборот, отказались. "Мы пробовали, но в итоге сделали ставку на быстрое питание, потому что, покупая продукт, ты должен иметь возможность быстро перекусить, — рассказывает директор рынка “Южный” Андрей Суворов. — Как только это перерастает в фуд–корт, люди уже приходят поесть, а не за покупками. Тем более фуд–кортов сейчас много, они как под копирку появляются в торговых центрах, совмещать эти форматы нужно осторожно".
Основная же точка роста для "Южного" — фермерская торговля. "Три года назад мы решили пойти другим путём и полностью реконструировали один павильон, создав уютный фермерский рынок в европейском стиле, — говорит Андрей Суворов. — Сейчас появилось много гипермаркетов, магазинов шаговой доступности, но есть огромная разница между “стеклянными” овощами, фруктами и фермерской продукцией. Такой формат, как у нас, должен существовать, просто им надо уметь управлять. Необходимо найти таких арендаторов и такие фермерские хозяйства, которые обеспечат покупателей действительно натуральной качественной продукцией".
Среди фермеров, правда, единого отношения к подобным форматам нет. "Кто–то говорит, что это замечательно, можно торговать, а кто–то жалуется, что рынки накладывают много ограничений, что это невыгодно, — говорит глава Ассоциации фермерских хозяйств Михаил Шконда. — Сам формат рынков тяжёлый, они были дискредитированы тем, что там продавалось то же самое, что и в гипермаркетах, и поэтому, конечно, теперь завоевать доверие обратно будет сложно".
Угроза маргинализации
Сильной стороной фермерской офлайн–торговли с прилавка является возможность дать попробовать продукцию потребителю, познакомиться с ним лично — это позволяет сопротивляться онлайну.
Но обычным вещевым рынкам такое преимущество уже давно не нужно, в честной борьбе с интернет–маркетплейсом они точно проиграют.
Но есть совсем другой козырь — работа "всерую". В условиях падения доходов населения мощным трендом может оказаться маргинализация рынков. За примером далеко ходить не нужно: достаточно вспомнить, где в городе самый низкий ценник, самый высокий риск обвеса, самая высокая концентрация контрафакта и самая сложная конфигурация интересов национальных диаспор. В таких местах о реконцепции задумаются ещё не скоро, ведь всех всё устраивает: и не слишком честного продавца, и обедневшего потребителя. В проигрыше только город.
"В подавляющем большинстве случаев, поверьте, рыночная торговля — это источник кеша, — говорит Иван Федяков. — Попробуйте на таком рынке оплатить по кредитке и попросите чек. Маргинализация будет происходить сама собой, если у города не будет стратегии, которая позволит что–то противопоставить этому процессу".